Братья, хочу еще раз напомнить вам Радостную Весть, которую я вам возвещал, которую вы приняли и в которой вы утвердились. Она спасительна для вас, если только твердо придерживаетесь того, что я вам возвещал, а иначе ваша вера напрасна. Самое важное, что я получил, я передал вам: Христос умер за наши грехи согласно Писаниям. Он был погребен и был воскрешен на третий день согласно Писаниям. Он явился Кифе и потом Двенадцати. После этого Он явился еще более чем пятистам братьям одновременно. Большинство из них еще живы, а некоторые уже умерли. Затем Он явился Иакову, потом всем апостолам, и последнему из всех явился мне, жалкому недоноску. Ведь я самый наименьший из апостолов и даже не заслуживаю чести называться апостолом, потому что я преследовал церковь Божью. Но по благодати Божьей я есть тот, кто я есть, и Его благодать во мне была не напрасной: я трудился больше, чем все остальные, впрочем, не я, а благодать Божья, которая со мной. Не имеет значения, кто возвещает: я или они. Главное — вы поверили в то, что мы возвещаем.
(1 Послание Коринфянам 15:1-11)
Кто-то из нас сегодня привык воспринимать Евангелие как некий набор духовных истин, которые мы должны знать. Для кого-то из нас оно служит своего рода богословским трактатом. Другие же видят в нём определённый набор правил, следуя которым нам стоит жить. Они замечают мораль и этику, что таит в себе Радостная весть. Несмотря на то, что в Благой вести есть и элементы богословия, она больше, чем богословие. Безусловно, в Евангелии можно найти и философию жизни, но оно больше, чем философия. Конечно же, Радостная весть преображает наше поведение, но она больше, чем просто свод правил. Мы привыкли воспринимать Евангелие как добрый совет, забывая, что в своей природе оно прежде всего является изложением реальных исторических событий. Это история жизни, смерти и воскресения Христа, которая, когда мы её принимаем, становится доминирующей историей всей нашей жизни.
Если быть честным, то как вы воспринимаете Евангелие прежде всего сегодня? Что меняется в вашем понимании, когда вы концентрируетесь на том, что Радостная весть – это именно история, то есть то, что уже произошло, а не добрый совет о праведной жизни, то есть не то, что нам следует сделать, чтобы эту счастливую жизнь обрести?
